Для меня всё началось когда-то не с фото, а с литературы: около десяти лет я писал прозу, кое-что можно найти в Интернете. Почему-то однажды пришла идея заняться фотографией, чтобы иллюстрировать мои тексты. Постепенно я понял, что фото – совершенно особый способ контакта со всем, включая себя самого. Тексты отошли на второй план, хотя слово мне по-прежнему дорого, и периодически я соединяю его с изображениями, скажем, на выставках, в виде крошечных текстов к работам.
Фотограф – это проводник. Его задача – показать изображение, но передать больше, чем само изображение. Сюжет – лишь оболочка, и в идеале зритель должен почувствовать это и раскрыть ее. Хотя кадр, по сути, не останавливает время, он «запоминает» его. Моя история – daily life. При съемке я ничем не управляю, сюжет развивается независимо от моей воли, всё может сложиться или не сложиться, и я могу успеть или не успеть.
Кажущаяся ветхость превращалась на Кубе в грацию и спокойствие. Кто-то подавал мне знаки, обветренные и утратившие резкость, но не силу.
Однажды в Камагуэе я заметил старика, курившего на пороге дома, и попросил разрешения снять его портрет. Он пригласил меня внутрь, вошел сам, встал рядом с креслом и продолжил курить, уйдя взглядом в пространство. Ему не пришло в голову надеть парадную рубашку, причесаться и улыбаться в объектив: ему было комфортно с самим собой, каким я встретил его, несмотря на растрепанные волосы и ослабшие складки кожи на обнаженном торсе. Старик не работал на камеру: он был свободен.
